КС: Пересмотр дела на основании решения ЕСПЧ может быть связан только с выводами Европейского Суда

По словам одной из экспертов «АГ», для пересмотра приговора важно, чтобы ЕСПЧ установил нарушения, влияющие на общую справедливость уголовного процесса. Второй добавил, что раз вопрос о нарушении ст. 6 Конвенции ЕСПЧ не исследовал, то и пересмотр приговора заявителя невозможен. Третий эксперт подчеркнул, что даже нарушение ст. 6 Конвенции в части разумных сроков судебного разбирательства обычно не влечет пересмотра судебных актов, вступивших в законную силу.

Конституционный Суд опубликовал Определение № 1068-О/2020 по жалобе осужденного Александра Петрова, полагавшего, что ВС РФ необоснованно отказал в отмене приговора после вынесения по его делу постановления Европейским Судом.

ВС отменил решения о содержании под стражей из-за указания ЕСПЧ

В Постановлении по делу «Перекрестов и другие против России» от 9 ноября 2017 г. ЕСПЧ констатировал нарушение п. 3 ст. 5 Конвенции о защите прав человека и основных свобод в отношении Александра Петрова, поскольку в ходе предварительного следствия по его делу, по мнению Европейского Суда, применялось чрезмерно длительное содержание под стражей.

По представлению председателя Верховного Суда производство по уголовному делу Александра Петрова было возобновлено по новым обстоятельствам. Сам Петров просил об отмене приговора и прекращении уголовного дела.

Поскольку Европейский Суд установил нарушение ст. 5 Конвенции в связи с тем, что срок содержания мужчины под стражей продлевался по основаниям, которые не могут считаться достаточными для обоснования столь длительного нахождения в СИЗО, ВС РФ отменил судебные акты по этому вопросу: решения о продлении срока содержания под стражей в период с 12 февраля 2016 г. до вынесения приговора от 28 декабря 2016 г., а также апелляционные постановления второй инстанции (Постановление Президиума ВС РФ от 4 апреля 2018 г. №17-П18).

При этом Суд подчеркнул, что доводы Александра Петрова об отмене приговора не могут быть рассмотрены в связи с новыми обстоятельствами, поскольку ЕСПЧ не установил нарушений, которые могли бы повлечь пересмотр этого приговора. В письмах от 24 января и от 27 февраля 2020 г. судья ВС подтвердил эту позицию, указав, что Постановление по делу «Перекрестов и другие против России» не является основанием для пересмотра как Постановления Президиума ВС от 4 апреля 2018 г., так и иных решений по делу Петрова.

КС напомнил о недопустимости безосновательного пересмотра дела

Мужчина обратился в Конституционный Суд. По мнению заявителя, ч. 5 ст. 415 и ст. 412.9 УПК противоречат Конституции, поскольку препятствуют пересмотру судебных решений в связи с установленными Европейским Судом по правам человека нарушениями Конвенции, связанными как с чрезмерной длительностью содержания под стражей, так и с изначальной незаконностью ее применения, а также компенсации вреда, причиненного незаконным содержанием под стражей. Дополнительно Александр Петров просил признать неконституционным указанное выше Постановление Президиума ВС РФ № 17-П18.

Отказывая в принятии жалобы к рассмотрению, КС напомнил, что условия пересмотра дела в связи с окончательным постановлением ЕСПЧ должны исключать безосновательное возобновление судебного разбирательства, не вытекающее из выводов, содержащихся в соответствующем решении Европейского Суда, которым признано нарушение Конвенции в отношении заявителя, не связанное с самим судебным разбирательством и не повлиявшее на исход дела.

Суд подчеркнул, что процедура исполнения в уголовном процессе таких решений ЕСПЧ должна позволять устанавливать наличие или отсутствие связи между признанным нарушением Конвенции и исходом судебного разбирательства, а также определять необходимость пересмотра вступивших в силу судебных актов как одного из средств восстановления нарушенных прав и свобод гражданина. Об этом Конституционный Суд уже говорил в определениях № 13-О/2016; № 14-О/2016; № 3404-О/2018.

Из того же исходит и Пленум Верховного Суда, разъяснивший в п. 17 Постановления от 27 июня 2013 г. № 21, что при рассмотрении вопроса о необходимости пересмотра судебного акта должна учитываться причинно-следственная связь между установленным Европейским Судом нарушением Конвенции и неблагоприятными последствиями, которые продолжает испытывать заявитель.

Читайте также
Главные позиции КС в сфере уголовной юстиции за 2019 г.
В итоговый Обзор практики Конституционного Суда за 2019 г. вошли 5 постановлений и 15 определений, разъясняющих уголовное законодательство
25 Февраля 2020 Новости

Соответственно, подытожил Конституционный Суд, вопрос о возможности пересмотра по новым обстоятельствам – в том числе ввиду установления ЕСПЧ нарушения положений Конвенции при рассмотрении судом конкретного дела – должен разрешаться национальным судом в каждом конкретном деле, исходя из фактических обстоятельств данного дела (определения № 2708-О/2019; № 296-О/202).

Относительно ст. 412.9 УПК, определяющей основания отмены или изменения приговора, определения или постановления суда в порядке надзора, КС заметил, что заявитель не представил судебные решения, подтверждающие применение данной нормы в его деле. Более того, оспариваемые статьи не регулируют порядок возмещения вреда, причиненного незаконным применением мер процессуального принуждения, подчеркнул Суд.

Разрешение же вопроса о признании неконституционным постановления Президиума ВС, принятого по делу заявителя, заключил КС РФ, к его компетенции не относится.

Эксперты согласились с позицией КС

Юрист ПЦ «Мемориал» Татьяна Черникова заметила, что из определения Конституционного Суда не до конца понятны обстоятельства дела и аргументы заявителя. «Если заявитель, ссылаясь на постановление ЕСПЧ о чрезмерной длительности содержания под стражей, требовал отменить приговор по уголовному делу, то его жалоба представляется мне необоснованной. Если же он поднимал в жалобе в КС и вопросы, связанные с мерой пресечения, и приводил какие-то аргументы о том, что нормы российского права препятствуют рассмотрению этих вопросов, то, возможно, там и был какой-то предмет для рассмотрения», – пояснила она.

Также важно, были ли по делу Александра Петрова какие-то иные постановления ЕСПЧ, кроме того, где признается нарушение из-за длительного содержания под стражей, добавила юрист. «Для пересмотра приговора важно, чтобы ЕСПЧ установил нарушения, влияющие на общую справедливость уголовного процесса», – подчеркнула Татьяна Черникова.

Юрист Николай Зборошенко согласился с выводами Конституционного Суда. В деле «Перекрестов и другие против РФ» ЕСПЧ признал лишь нарушение ст. 5 Конвенции в связи в чрезмерной продолжительностью содержания заявителя под стражей на досудебной стадии, заметил эксперт. «Как следствие, подлежали пересмотру лишь судебные акты, связанные с продлением избранной меры пресечения в виде содержания под стражей, составившего в случае заявителя в общей сложности один год и девять дней. С учетом отмены президиумом ВС РФ судебных актов о продлении избранной заявителю меры пресечения, а также в условиях присуждения ЕСПЧ заявителю справедливой компенсации в связи с чрезмерной продолжительностью избранной заявителю меры пресечения права заявителя в настоящее время восстановлены», – считает Николай Зборошенко.

Вопрос о нарушении ст. 6 Конвенции ЕСПЧ не исследовал. Соответственно, указанное постановление Европейского Суда по правам человека не влечет пересмотр судебных актов, которым уголовное дело в отношении заявителя было разрешено по существу, уверен юрист.

Адвокат АП г. Москвы Валерий Шухардин также поддержал подход КС. Не любое нарушение прав, гарантированных Конвенцией о защите прав человека и основных свобод, в ходе уголовного процесса влечет признание нарушенным права осужденного на справедливое судебное разбирательство, гарантированное ст. 6 Конвенции, подчеркнул эксперт.

По его словам, Европейский Суд уделяет большое внимание этому вопросу, в частности тому, как может отразиться нарушение конвенционных прав, гарантированных ст. 3 или 8 Конвенции, на справедливости всего судебного разбирательства в целом. И далеко не всегда ЕСПЧ устанавливает нарушения ст. 6 Конвенции во взаимосвязи со ст. 3 Конвенции или тем более ст. 8 Конвенции, заметил адвокат.

«Даже нарушение ст. 6 Конвенции в части разумных сроков судебного разбирательства не влечет пересмотра судебных актов, вступивших в законную силу. Нарушение права на свободу и личную неприкосновенность Европейский Суд также не связывает с самим судебным разбирательством по существу уголовного дела. Хотя по данному поводу вопросы возникают, поскольку ограничение права на свободу зачастую используется органами уголовного преследования в целях ограничения возможности обвиняемого защищаться от предъявленного обвинения», – пояснил Валерий Шухардин. В то же время, предположил он, возможно, Европейский Суд и рассмотрит вопрос о нарушении ст. 6 Конвенции в таком аспекте, если будет подана соответствующая мотивированная жалоба на именно такое нарушение справедливости процесса или нарушение принципа равноправия и состязательности сторон как основного принципа справедливого суда.