Уполномоченные по правам человека освобождены от дачи свидетельских показаний

Один из экспертов заметил, что, как и в случае с депутатами и адвокатами, ничто не мешает допросить уполномоченного по правам человека с его согласия, что оговорено в поправках. Другой согласился, что омбудсмены обладают свидетельским иммунитетом для оказания реальной помощи, в том числе в рамках уголовного процесса. Третий заметил, что уполномоченный по правам человека не тот субъект, который сильно нуждается в свидетельском иммунитете.

24 апреля Владимир Путин подписал два закона, расширяющие полномочия федерального и региональных уполномоченных по правам человека.

Как писала ранее «АГ», с такой законодательной инициативой выступила группа сенаторов во главе с председателем Комитета Совета Федерации по конституционному законодательству и государственному строительству Андреем Клишасом. Тогда на рассмотрение Госдумы поступили четыре проекта поправок, три из которых уже стали законами. Так, в марте Владимир Путин подписал Закон о региональных омбудсменах, устанавливающий общие принципы организации деятельности уполномоченных по правам человека в субъектах РФ в целях повышения эффективности их деятельности.

Читайте также
Уполномоченным по правам человека в России хотят предоставить больше прав и полномочий
В частности, омбудсмены получат право отказываться от дачи свидетельских показаний по уголовным делам об обстоятельствах, ставших известными им в связи с исполнением должностных обязанностей
31 Октября 2018 Новости

В апреле к нему добавились еще два закона. Один из них предусматривает изменения в УПК РФ, согласно которым Уполномоченный по правам человека в РФ и региональные омбудсмены наделены правом отказываться от дачи свидетельских показаний по уголовным делам об обстоятельствах, ставших известными им в связи с исполнением должностных обязанностей. Следует обратить внимание, что финальный текст закона, в отличие от ранее внесенных в Госдуму поправок, не содержит нормы о распространении на уполномоченных по правам человека в субъектах РФ особого порядка производства по уголовному делу, установленного ст. 447 и 448 УПК РФ.

Другой закон содержит поправку в п. 5 ч. 4 ст. 69 ГПК РФ, согласно которой уполномоченный по правам человека в субъекте РФ вправе отказаться от дачи свидетельских показаний в рамках гражданского судопроизводства в отношении сведений, которые он узнал в связи с исполнением своих должностных обязанностей.

Эксперт по работе с ЕСПЧ Антон Рыжов напомнил, что принятые изменения являются составными частями реформы, начатой в октябре 2018 г. и касающейся деятельности как федерального, так и региональных омбудсменов. Юрист отметил, что четвертый законопроект из этого пакета (о введении административной ответственности за вмешательство в деятельность омбудсменов), принятый в первом чтении, пока отложен из-за планов властей в целом пересмотреть КоАП РФ и имеющуюся там систему штрафов.

Читайте также
Минюст опубликовал проекты процессуального и материального кодексов об административных правонарушениях
В первом предлагается закрепить полномочия адвокатов, а во втором – наказание за воспрепятствование адвокатской деятельности
31 Января 2020 Новости

«Поправки в ГПК и УПК, подписанные Президентом РФ 24 апреля, распространяют свидетельский иммунитет на федерального и региональных уполномоченных, что, на мой взгляд, весьма логично. Такой иммунитет есть у парламентариев, адвокатов, судей, но ведь и омбудсмены также в силу своей деятельности обладают информацией, ставшей им известной в связи с осуществлением ими своих полномочий (особенно если речь идет о жалобах граждан в рамках уголовных дел). При этом, как и в случае с депутатами и адвокатами, ничто не мешает допросить уполномоченного по правам человека с его согласия; это специально оговорено во вводимых нормах. В целом проводимую реформу можно только приветствовать», – резюмировал Антон Рыжов.

Адвокат АП г. Москвы Валерий Шухардин положительно расценил факт принятия законов. «Конечно, такие лица должны обладать свидетельским иммунитетом, чтобы иметь реальную возможность оказывать правовую помощь, особенно в рамках уголовного процесса, включая стадию исполнения наказаний и стадию обжалования вступивших в законную силу судебных постановлений в кассационном и надзорном порядках», – подчеркнул он.

По словам эксперта, доверие к омбудсмену, которое должен испытывать каждый осужденный или иное лицо, которому требуется юридическая помощь, невозможно без законной гарантии, что общение между ними будет строго конфиденциальным и информация, сообщенная уполномоченному по правам человека, не будет использована вопреки интересам заявителя или против его интересов. «Эта ситуация аналогична со свидетельским иммунитетом защитников (адвокатов), которым гарантирована такая защита полученной ими информации. И это неспроста, поскольку в этих случаях деятельности адвоката и омбудсменов значительно пересекаются либо дополняют друг друга», – полагает Валерий Шухардин.

В связи с этим он выразил надежду на то, что развитие деятельности уполномоченных по правам человека на федеральном и региональных уровнях найдет свое продолжение в законодательных актах, а права человека станут в действительности определять деятельность законодательной, исполнительной и судебной власти, как это и указано в Конституции РФ.

По мнению юриста, общественного помощника Уполномоченного по правам человека Пермского края Сергея Трутнева, апрельские законы носят сугубо формальный характер, так как с их принятием ничего не изменилось. «Ранее региональные омбудсмены предоставляли информацию лишь по запросу суда, но законодательство субъектов РФ на местах могло быть разрозненным. В моей практике по Пермскому краю проблем со свидетельским иммунитетом не было, поэтому я не вижу риска возникновения каких-то трудностей в этой сфере. Уполномоченный по правам человека не тот субъект, который в этом сильно нуждается, он все-таки публичный орган, в отличие от адвоката», – отметил он.

Сергей Трутнев особо выделил мартовский закон о региональных омбудсменах. «Теперь их деятельность будет регулироваться федеральным законом, что в дальнейшем подразумевает установление властной вертикали между федеральным и региональным уполномоченными по правам человека. Такая вертикаль пока что обозначена, но толком не прописана, так как закон носит рамочный характер и, по сути, ничего определенного не вносит. Кроме того, омбудсмены так и не стали госслужащими», – полагает он.